Неочевидное вероятное

В страшных сказках иногда встречается непобедимый страшенный великан, обладающий страшенной силой. В четырнадцатой книге «Метаморфоз» Овидий устами грека Макарея (один из воинов Энея) рассказывает о чудовище с одним глазом - великане Полифеме. 

(из стигийских краев – из царства мертвых, от реки Стикс, к Эвбейскому граду – к городу Кумы. Выход из царства мертвых был недалеко от этого города.) 

(не носящий кормилицы имя - безымянный и необитаемый берег возле города Кумы. Что привело Энея на это место – желание спуститься в мир мертвых, чтобы повстречаться с духом своего отца.) 

(Нерита сын – внук морского старца Нерея, Улисс (Одиссей)– царь Итаки, острова в Ионическом море) 

(Ахеменид – потомок жителя Итаки. Эней оставил Макарея на Этне, спасаясь от Полифема. ) 

(Варварское судно – видимо. Макарей нашел какую-то лодку и собирался на ней уплыть от этого страшного места) 

(не в косматом уже одеяньи, В виде своем, без шипов, сшивавших ему покрывало –Макарей находился в этом месте настолько долго, что ему пришлось убить нескольких зверей и сшить себе одеяние, чтобы скрываться от Полифема. 

(Это – благодарность Энею за то, что он оставил Макарея в живых. Когда корабль Энея пристал к берегу, все сошли на берег. Эней спустился в подземное царство, через некоторое время вернулся и крикнул всем подняться на корабль.Но тут где-то замаячил Полифем, все заторопились, а Макарей то ли отстал, то ли заблудился. Его не хватились, может быть, не захотели ждать, в итоге Эней с трудом избежал нападения Полифема, а Макарей остался на острове и там был какое-то долгое время.) 

(Когда я умру, то меня похоронят по человечески – положат в могилу и засыпят землей. И мне не грозит участь закончить жизнь в утробе зверя-великана). 

Ему было страшно, что его оставили на острове, но он сдержал крик при виде отходящего от берега корабля из опасения выдать себя. 

А великан швырял вслед корабою греков скалы. 

Далее Макарей говорит Уллису: 

Макарей со страхом ждал смерти, ждал, что он окажется в утробе великана. Он видел, как Полифем проглотил его спутников - а их было двадцать четыре: 

 Джузеппе Дзокки, Ахеменид и Полифем, иллюстрация к «Энеиде» Вергилия, Париж, 1760 

Он уцелел, и его не оставляла жажда жизни. Наконец, пришел этот долгожданный миг: он увидел недалеко от берега корабль. Это был корабль Энея – спасителя многострадального Макарея. И очень может быть, что Макарея еще долго мучили жуткие сновидения с преследующим его Полифемом... 

Гадалки, пророки, предсказатели... Сколько их было в истории! А сколько есть – не перечесть! Были успешные, были известные, были таинственные. В памяти людей остались считанные единицы, среди которых непостижимый Нострадамус с зашифрованными в катранах предсказаниями и Сивилла Кумская, о которой сохранились только предания и воображаемый портрет работы Микельанджело Буонаротти в Сикстинской капелле. О Сивилле Кумской рассказал в «Метаморфозах» Овидий (четырнадцатая книга). 

(На берег Кумский – Кумы – первая греческая колония недалеко от Неаполя. Сивилла – пророчица, которая знала вход в подземное царство. Аверн – кратер вулкана, в котором находился вход в царство Аида. (спуститься к манам отца – к духам отца) 

Сивилла после долгой паузы обратила внимание на гостя: 

«элизийский приют» - часть загробного мира, обитель душ блаженных, в которой, очевидно, пребывает душа отца Энея. 

После этого Сивилла говорит Энею: 

"золотая Авернской Юноны ветвь" – возле Аверна (входа в подземное царство) стояла статуя Юноны – матери царя этого царства Аида – с золотой ветвью в руке. 

"велела ее оторвать от ствола" – предполагается, что где-то рядом было дерево или куст с золотыми ветвями. 

Эней побывал в подземном царстве, увидел тень своего отца, услышал предсказания о своем будущем. Сивилла сопровождала его в обратном пути – из мира мертвых в мир живых. 

Микельанджело Буонаротти, Сивилла Кумская, 1511, 375х380 см, Сикстинская капелла, Ватикан, Рим, Италия 

Эней говорит Сивилле: 

Сивилла отвечает, что она – не богиня, что ей не подобает принимать божественные почести. Она рассказывает Энею, что она могла получить вечную жизнь, если бы согласилась на домогания Феба: 

Феб обещал ей все, что могла бы захотеть Сивилла, но... Не зря говорят: «Молодо-глупо!». Она взяла горсть пыли и сказала, что хочет 

Сивилла продолжает: 

А что ее ждет через триста лет? Она рисует картину старения, которую увилит ее страстный поклонник Феб. 

Невеселое будущее той, к которой за предсказаниями стекались люди со всего мира... 

И стоит ли гадать о будущем?