суббота, 19 января 2019 г.
Альма-Тадема, «Розы Гелиогабала». Сколько загадок в картине?
Альма-Тадема сэр Лоуренс (1836-1912) –
английский художник, автор 408 полотен (он их подписывал и нумеровал),
преимущественно посвященных античности.
Альма-Тадема родился в Нидерландах, учился в Королевской академии в
Антверпене. Впервые написал картину с античным сюжетом в 1858 году. Он
тщательно изучал и зарисовывал музейные экспонаты в Британском музее и в Лувре,
впоследствии эти рисунки заполняли его картины, воспроизводил мельчайшие детали.
Египтологи говорили, что в его картинах нет ничего, что бы не относилось ко
временам фараонов.
То же самое можно сказать и о его картинах,
посвященных Риму. Он тщательно изучал артефакты Римской империи в музеях
Италии, в частности , в Помпеях.
Сюжет этой картины взят из «Авторов
жизнеописаний Августов» - римского историографического литературного памятника.
По преданию, Гелиогабал – двадцать третий римский император – на одном из своих
пиршеств засыпал гостей таким количеством цветов, что они задохнулись от
аромата.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
1888, 132х213, частная коллекция
Первое, что бросается в глаза, - розовая
масса, в которой просматриваются чьи-то головы, тела. Потом взгляд переходит на
компанию, которая расположилась на лежанках около столика на некотором
возвышении и наблюдает за происходящим: кто с любопытством, кто безразлично,
кто со злорадством.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Зрительницы»
Зрительная рамка картины – колонны слева и
справа, на втором плане – голубое небо и силуэт гор. Слева стоит курильница, за ней – играет
флейтистка.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Курильница»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Флейтистка»
Ближе к зрителю видно полотнище тента, с
которого упали лепестки роз. Их настолько много, что они почти закрыли тех, кто
внизу.
Кто эти люди?
Гелиогабал, Капитолийский музей, Рим, Италия
Монета с изображением профиля Гелиогабала
Монеты с изображением Маесы
Сложно, если не сказать невозможно,
определить, где и кто на этом полотне. На помощь приходит отклик, написанный
Фредериком Фаррарой – современником Альма-Тадема, богословом, писателем,
капелланом при дворе королевы Виктории (весьма вероятно, что он получил
некоторые сведения о картине из уст художника): «Элагабал! - Лежит, этот стыд и
позор рода людского, отвратительный мальчик-император, на диване,
отделанном серебром и перламутром, в
своем финикийском длинном золотом халате,
опираясь на подушки, набитые пухом куропаток; его отвратительная бабушка-интриганка, Юлия Mаесa
и другие безобразные женщины рядом с ним; он смотрит мимо винных чаш на несчастных, украшенных драгоценностями, что
лежат ниже него, и наиболее подходящее
подсознательное ощущение обо всей сцене – над всем этим возвышается
отвратительная голова бронзового монстра, который ухмыляется, как демон.
Историческая живопись, действительно!»
Гелиогабал прожил короткую жизнь, с 203 до 222
года н.э. Ему было всего четырнадцать лет, когда он стал императором, а на
престол его возвела Маеса - бабушка по матери. За время своего властвования он
успел поменять пять жен, а заодно разрушить
римские религиозные традиции и отменить сексуальные запреты. Его похождения и
гневливость вызвали всеобщую нелюбовь (не только среди патрициев, но и у
простолюдинов), в итоге его свергли.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Гелиогабал»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Маеса» (слева)
(Можно предположить, что справа от Маесы –
Александр Север, преемник Гелиогабала).
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Скульптурная группа»
«Эта сцена написана г. Алма Тадема с невероятной
мощью в изображении золота, серебра, мрамора, драгоценных камней и людей, погруженных
Элагабалом на самое дно всего земного и
нечистой силы. Розы, да! Их обвал! Роза – божественная вещь! «Если бы человек мог создать хотя бы одну
розу, мы должны были бы боготворить этого человека!» - сказал Лютер. В одном из своих лучших стихотворений Виктор
Гюго говорит, что когда его сердце заполнено страстями, отчаянием, яростью,
когда он думает о тирании и угнетении, которые царят в мире, «я беру розу, я
смотрю на нее – и ко мне приходит облегчение!». Да! Роза чудесное и ароматное чудо Божие; она может пробудить в святой душе мысли, глубокие до слез. Но скромная
роза, на чистых лепестках которой только что была утренняя роса, превращается в
лавину этих отвратительных, мятых, разлагающихся лепестков, предназначенных для
гнусной цели.»
Как пишут историки, художник писал картину зимой
и в течение четырех месяцев каждую неделю заказывал во французской Ривьере
свежие розы, чтобы каждая тычинка в цветках была живой.
Гости задыхаются в аромате цветов. Несомненно,
художнику ни разу в жизни не довелось видеть смерть от удушья. Но как изобразить
момент ухода из жизни? Да еще человеку, который ни в одном из своих
произведений не изображал трагические маски? Его искусство донести до зрителя
трагедию поражает: это застывшие лица и глаза, жесты, призывающие к спасению.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Лавровые венки»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Браслет»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Засыпающия»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Девочка с застывшими глазами»
Эта жертва еще не подозревает, что ее ждет,
она пытается веером разогнать густой аромат увядающих лепестков.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Веер»
А этой участнице пиршества плохо, у нее
страдальческий, тревожный взгляд. Она как бы понимает: что-то не так. Но что
именно?
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Засыпающия»
Справа возле колонны стоит мужчина с
замысловатой прической из косичек. Он как бы выбивается из ряда всех
присутствующих: он как бы из другого социального слоя. Что делает этот человек
на пиру – непонятно. Вроде не жертва: смотрит на императора, как бы ожидая указаний. Можно предположить, что
это палач: именно он развязал веревки, поддерживавшие тенты с набросанными
на них лепестками.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Палач»
Вернемся к отзыву: «Молодость, как говорит поэт-проповедник,
"танцует как пузырек, живой и веселый, и переливается, как шея голубя, всеми
цветами радуги, невесомый, но фантастически цветистый" – почему,
спрашивается, мы видим чудовищную деградацию? - Но что за история!
Самое важное в торжественных и великосветских
событиях римской империи: благородные люди, героические идеалы, изумительное
великодушие, христианское благородство,
их стойкость и патриотизм не заслужили каких-то заметных усилий
талантливой руки, но этот карнавал разряженной в драгоценности чувственности,
эти дурные спутники невероятной распущенности, этот поток увядающих роз,
падающих на роскошное пиршество, дьявол и похоть - это банкет, где и мертвецы,
и гости – в самых глубинах ада».
С одной строны, капеллан высказывает свое
восхищение мастерством художника, с другой – бросает ему упрек за то, что свой
талант он использовал для изображения «невероятной распущенности».
Впечатляющая картина, приоткрывающая тайны
римских императоров...
Примечания.
Скульптура, о которой упоминает капеллан,
написана настолько туманно, что невозможно выдвинуть ни одного предположения о
том, кто это.
Женщина в правой части картины очень похожа на
жену художника Лауру Альма-Тадема. Нет ответа на вопрос: почему художник решил
поместить портрет своей жены в такое далеко не радостное полотно.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Гостья» (справа – портрет Лауры Альма-Тадема)
Голландская школа, которую получил художник,
сказалась в изображении казалось бы второстепенных вещей: мебели, светильника,
фонтана. Все выписано до последней детали, до стежков на подушках.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала, фрагмент
«Детали мебели»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Фонтан»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Чаша курильницы»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Гранаты и виноград»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Розы Гелиогабала,
фрагмент «Подушки»
пятница, 11 января 2019 г.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, «Женщины Амфисы». Кто они и где это происходит?
Почти в каждой картине Альма-Тадема сэра Лоуренса есть историческая или
легендарная основа. Одна из таких картин – «Женщины Амфисы».
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Женщины Амфисы, 1887, 122х182 см, Sterling and Francine
Clark Institute, Williamstown, Massachusetts, США
Для начала - что это за слово «Амфиса». Оказывается, это город в Греции,
который был основан в 7 веке до нашей эры и существует до сих пор.
Амфиса сегодня
Откуда взялось его название? Вот что пишет один из древних авторов Павсаний
в своем «Описании Эллады»: «На расстоянии
ста двадцати стадиев от Дельф находится самый большой и самый знаменитый город
локров, Амфисса... Название же городу,
говорят они, дано по имени Амфиссы, дочери Макара, сына Эола; эту Амфиссу,
говорят, любил Аполлон. Город украшен различными сооружениями, особенно
заслуживают упоминания могила Амфиссы...
Если коротко, то городу было дано имя любовницы самого Аполлона. Надо
полагать, была невероятно красивая женщина.
Итак, на картине изображены женщины этого города, которые собрались по
какому-то случаю. Что же это за случай?
Здесь мы поворачиваемся к древнегреческим мифам лицом: в те времена начал развиваться культ Вакха. По каким-то причинам ярыми поклонниками
бога, который принес людям вино, были (поначалу) только женщины. Но что они вытворяли!
Они буквально теряли человеческий облик. Вот как описывается праздник служительниц
Вакха в трагедии Эврипида «Вакханки» - устами свидетеля:
«Мы
бегством спаслись, а то вакханки
разорвали бы нас.
Они же,
безоружные, бросились на скот, жевавший траву.
И вот одна стала производить ручную
расправу над вымистой коровой, мычавшей под ее руками; другие
рвали на части и разносили телок; вот взлетело на воздух ребро, вот
упало на землю раздвоенное копыто; а само животное висело
на ели, обливаясь
и истекая кровью. Свирепые быки,
бравшие раньше на рога всякого, кто их дразнил, теперь валились на землю
под тысячами девичьих
рук...» (похоже, что показания свидетеля не совсем
правдивы – от страха глаза велики: можно ли было сосчитать тысячи девичьих
рук?)
Для него это было очень неожиданно, потому что
до этого они выглядели весьма привлекательно: «Они, освободив веки от сладкого сна, поднялись на
ноги, представляя чудное зрелище
своей красивой благопристойностью, - все, и молодые и старые, но
особенно девы. И прежде всего они
распустили себе волосы на плечи, прикрепили небриды, если у кого успели развязаться
узлы, и опоясали
эти пятнистые шкуры
змеями, лизавшими себе щеку.»
И случилось так, что после оргии вакханки заблудились в лесах, пришли в
Амфису и свалились на торговой площади без сил. Если верить преданиям, в это
время в городе были чужеземные солдаты, и женщины Амфисы решили сторожить их от
нападения солдат (может быть и другой вариант, более житейский – они выставили
охрану, чтобы мужья не вздумали добиваться благосклонности вакханок).
Художник написал утро на торговой площади (свидетель говорил о тысячах;
видимо, Альма-Тадема упростил себе задачу, на картине их чуть больше десятка).
Слева - прилавки, в глубине – два мужских лица, перед зрителем – мощеная
мрамором площадка.Кто-то еще спит, кто-то сидит и разговаривает с жительницами
города, которые им принесли поесть и попить.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Женщины
Амфисы, фрагмент «Питье»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Женщины
Амфисы, фрагмент «Еда»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Женщины
Амфисы, фрагмент «Мужчины на рынке»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Женщины
Амфисы, фрагмент «Женщины»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Женщины
Амфисы, фрагмент «Тяжелое пробуждение»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Женщины
Амфисы, фрагмент «Бубен – непременная принадлежность вакханалий»
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Женщины
Амфисы, фрагмент «Эх, раззудись плечо!»
Кажется, это не просто сочувствие или благотворительность, нет. Здесь есть
скрытое от зрителя желание избавиться от буйных гостей (интересна реакция
горожанок: кто-то им сочувствует, кто-то их осуждает, кто-то завидует их раскованности).
Куда они пойдут? Почти у всех есть семьи, мужья, дети. Они вернутся к
семьям или продолжат разгул?
Пока что эти с виду скромные и невинные создания просыпаются, еще не
понимая, где они и что с ними было...
пятница, 4 января 2019 г.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, «Весна в садах виллы Боргезе». Чем она привлекла художника?
Миловидная,
насколько можно видеть ее лицо, рыжеволосая женщина рвет цветы. Невозможно
точно сказать, сколько времени она провела за этим занятием, но корзина полна
цветов. Место действия ясно из названия – вилла Боргезе, Рим. В XVII веке
кардинал Шипионе Боргезе разбил на месте бывших
виноградников парк (сегодня вилла Боргезе – один из известнейших в мире оазисов
искусства). Парк постепенно обогащался скульптурами, выполненными известнейшими
художниками.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Весна в садах виллы Боргезе, 30х20 см,
1877, частная коллекция
На акварели
изображен фонтан «Морские лошади», статуи вокруг него, скамейка, на которой
одна женщина сидит и читает книгу, вторая лежит и слушает чтение. Как бы ничего
не происходит, нет ничего достойного внимания художника. Но что же тогда
подвинуло Альма-Тадему написать такую картинку?
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Весна в садах виллы Боргезе, фрагмент
«Фонтан, женщины на скамейке»
Попробуем
проникнуть в голову художника и найти ответ на этот вопрос.
Для начала – что
это за фонтан? О нем известно, что его создавал Христофор Унтербергер, дата –
1791 год.
Христофор
(1732-1798) родился в Тироле, учился художественному мастерству у своего дяди Франца
Унтербергера, затем – в Венской академии искусств. Потом была Венеция и Верона,
а затем – Рим. В Риме на его творчестве отразилось влияние Антона Рафаэля
Менгса, вместе с которым он работал над оформлением зала папирусов Ватиканской
библиотеки.
В 1780 году он
возглавил бригаду художников, которая переносила на холсты ватиканские лоджии
Браманте и Рафаэля. В 1784-86 годах он украшал виллу Боргезе мифологическими
картинами и участвовал в проектировании «игривого» фонтана «Морские лошади».
Из акварели Альма-Тадема
не очень ясно, почему историки искусства называют фонтан «игривым». Но если
посмотреть на детальный снимок, кое-что проясняется. Видимо, слово «игривый»
исходит от места, откуда бьет струя. Оно, скажем так, несколько непривычно: как
правило, струя бьет изо рта. А в этом фонтане...
Христофор Унтербергер, фонтан «Морские лошади», фрагмент «Струя»
Христофор Унтербергер, фонтан «Морские лошади», фрагмент «Жиклер»
Теперь
обратимся к акварели: куда эта струя падает?
Христофор Унтербергер, фонтан «Морские лошади», фрагмент «Струя и
бантик»
А струя падает
точно в место, обозначенное бантом на платьи. Естественно, возник вопрос: это
искусственное построение художника или он это видел?
Скорее всего,
нечто подобное ему довелось лицезреть: парк открыт для посещений, в нем гуляют
все без ограничения. Тому свидетельство еще одна картина, написанная
приблизительно с той же точки, что и у Альма-Тадемы.
Аурелио Тирателли (1842-1890), Сад виллы Боргезе
Правда, уже нет
статуй и скамеек, но есть посетители с детьми и без, играют собаки, фонтан бьет
всеми струями.
Можно
предположить, что Альма-Тадема пришел в парк на
этюды, увидел женщину с корзинкой. Он себе рисовал, она собирала цветы,
перемещаясь по газону. И тут произшло, если можно так выразиться, слияние
женской фигуры со струей воды. Ему это показалось забавным. Он сделал набросок,
потом выполнил его акварелью.
Здесь стоит
вспомнить подробности биографии Альма-Тадемы. Путешествие в Рим (первое)
состоялось в 1872 году, через год после свадьбы со второй женой - Лаурой. Для
справки – ему 35, ей – 18. Логично предположить, что этюд был сделан в том же
году. Где была эта работа пять лет? Ответ – лежала в папке. И появиться на свет
она смогла из-за неприятности, постигшей сэра Лоуренса.
В 1874 году его дом был
уничтожен взрывом баржи с порохом на одном из каналов Лондона. Никто не
пострадал, остались невредимыми и картины, и архив художника. Из-за отсутствия
мастерской некоторое время ему пришлось работать в качестве графика и
акварелиста.
Видимо, тогда и выплыл из архива рисунок, который в 1877 году (через
пять лет после поездки в Рим) превратился в изящную акварель.
Почему нет
варианта в масле? Видимо, он посчитал картинку не очень пристойной. Тем не
менее, она (картинка) дожила до наших дней. И у нас сегодня есть возможность
видеть сад виллы Боргезе глазами художника.
Не исключено,
что женщина на картине – Лаура, жена Альма-Тадемы.
Альма-Тадема сэр Лоуренс, Помешали (Лаура, жена художника), 1880
Автор Б. Рохленко, 2015 год
.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
