Неочевидное вероятное

Гербранд ван ден Экхоут (1621-1674) – голландский живописец, мастер гильдии св. Луки в Амстердаме. Учился у Рембрандта и был его любимым учеником, иногда менял манеру живописи, заимствуя приемы у современников (прослеживается подражание Терборху – так пишут искусствоведы). 

Среди многих его картин – "Изгнание Агари". 

История египтянки Агари привлекала не одного художника, и каждый отображал то, что больше всего его тронуло в библейском рассказе. 

Два далеко не молодых человека – Абрам и Сара (Библия, Бытие, гл. 11-16). Ей – за семьдесят, он – на десять лет старше. Есть богатство, но нет наследника. Тает надежда на то, что он появится: возраст дает о себе знать. Сара хочет угодить мужу и решает, что надо попытаться получить наследника от наложницы. Это лучше, чем его не будет совсем. Она посылает к Авраму служанку – египтянку Агарь (видимо, Агарь была в совсем юном возрасте, уже не девочка, но еще не совсем зрелая женщина). 

И случается чудо: Агарь вдохнула в Аврама энергию, которая в нем угасла с годами, и понесла. А когда это случилось, выказала крайнее пренебрежение к хозяйке дома (возможно, в расчете на то, чтобы стать женой Аврама). Сара закатила скандал своему мужу, на что был такой ответ: "Вот служанка твоя в твоих руках, делай с нею, что тебе угодно!" И Сара пустила в действие весь свой арсенал, Агарь не стерпела обиды и убежала. Убежала в пустыню, где ее нашел ангел, который велел ей вернуться в дом госпожи и покориться ей. И он сказал ей: потомство твое будет бесчисленным. Агарь вернулась, родила Измаила (Авраму в это время было восемьдесят шесть лет) и после этих не самых приятных событий провела в доме Аврама еще около пятнадцати лет. 

Вскоре произошло еще одно чудо: Сара забеременела – ей было уже девяносто – и родила Исаака. Исаак подрос, и как это обычно бывает в семьях, старший - сын Агари Измаил - начал над ним издеваться. Сара вновь взбунтовалась и выгнала Агарь. Совсем. Агарь после этого не вернулась в дом Аврама. (Когда Сара послала Агарь к Авраму, ей было, вероятно, лет пятнадцать. С тех пор прошло больше десяти лет. Вполне возможно, что она уже не была для Аврама источником наслаждения. Может быть, именно поэтому он не сопротивлялся изгнанию Агари.) 

Именно этот эпизод – изгнание - изобразил Гербранд Ван ден Экхоут. Перед зрителем: старец с седой бородой - Аврам, женщина с мальчиком – Агарь со своим сыном Измаилом, на крыльце – Исаак (сын Сары ). Сара тоже почти присутствует на картине: в проеме двери видна ее рука и есть намек на ее силуэт. 

Прощание не было легким и простым: Агарь с мертвеннобледным лицом (в ее левой руке полотенце, которым она вытирает текущие ручьем слезы, в правой – кувшин с водой, единственное, что ей позволили взять), Аврам с разведенными руками как бы говорит, что он не может сопротивляться настояниям жены (наверное, ему не очень легко проститься с той, которая – хоть и ненадолго – вернула ему давно забытые ощущения). Его старший сын Измаил уткнулся в подол матери, а младший сын Исаак на крыльце подсматривает за тем, что происходит. 

Еще минута – и они расстанутся. Навсегда. 

«Бойтесь данайцев, приносящих яйцев!» - так было написано на странице «Двенадцать стульев» «Литературной газеты» в далекие-далекие годы. Прошло несколько лет, пока до меня дошел оригинал этой фразы: «Бойтесь данайцев, дары приносящих».Это - предупреждение об опасности, которую несет даритель. Автор этой строки – древнеримский поэт Вергилий. Кто такие данайцы, кому и чем они были опасны – в двенадцатой книге «Метаморфоз» Овидия. 

Приам, царь Трои оплакивает своего сына Эсака, в поминках участвует его сын Гектор, а еще одного его сына Париса при этом нет. Причина была очень уважительной: 

Это тот самый Парис, который украл Елену Прекрасную у ее мужа Менелая, царя города Амиклы. Естественно, Менелай решил отобрать жену и собрал союзников со всей Греции: 

(народы пеласгов – греческие племена). 

И пришлось бы несладко похитителю чужой жены, но кораблям преследователей помешали две естественные причины: 

Коль скоро случилось такое, надо было задобрить богов: приготовили жертву, зажгли огонь на алтаре и вдруг: 

«Счастливые часов не наблюдают!» - сказал один из героев Грибоедова. Если верить Овидию и его «Метаморфозам», когда-то так и было (первая книга). Поначалу и понятия времени не существовало. Видимо, его придумал человек, который появился после устранения Хаоса, наведения элементарного порядка в мире: суша была отделена от воды, небо от земли, завелись животные сухопутные и морские. Только после этого начался отсчет веков: 

Какое это было время! Во-первых, не было грамоты – никто не умел читать. Да и читать было нечего: все правила поведения передавались из уст в уста: 

Не было законов, не было судей – и не было преступлений: 

Никто и никуда не рвался что-то завоевать – поэтому не было никаких укреплений: 

Не было нападений, не было оружия, не было армий: 

И всех радовала земля: 

Жили бы все, благоденствовали, но неизвестно откуда появляютсяя Тартар, Сатурн, Юпитер: 

С ним пришли времена года, зной и холод, люди начали селиться в домах: 

Появилось земледелие (ему предшествовало одомашнивание животных, изобретение орудий труда, открытие технологии выращивания растительной пищи): 

Жили бы все, благоденствовали, но 

Видимо, медный век принес какие-то жестокие ссоры и жестокие войны. Наверное, в это же время появляются какие-то юридические нормы – понятие преступления, преступности, но век был «не преступный еще». 

Прошло время, и наступил железный век: 

Жажда наживы привела к появлению мореходов, которые отправляли в неизведанные пути свои корабли, появились землемеры, которые обозначали межами участки (значит, появились и владельцы!), потом – рудознатцы и рудокопы: 

Есть железо – люди начали делать орудия насилия и убийства: 

Исчезло согласие в семье: 

(Аконит – настойка из ядовитых трав) 

Кончилась безмятежная жизнь, ушли благостные времена...