пятница, 3 июля 2020 г.
Нарцисс. Почему его звали «самовлюбленный»?
1 комментарий:
Labels:
Метаморфозы,
мифология,
нарцисс,
Овидий
В третье книге «Метаморфоз» Овидия есть рассказ о Нарциссе – мальчике необыкновенной красоты (далее - цитаты из Овидия). Этот юноша стал символом невероятной гордыни: появилось выражение «Нарцисс самовлюбленный», то есть человек, ставящий себя выше всех.
Сын речного бога и нимфы был невероятно красив, он привлекал внимание и нимф, и мужчин-ценителей красоты. И те, и другие добивались физической близости, а он
Нимф, насмехаясь, отверг, как раньше мужей домоганья.
Отвергнутые желали ему таких же страданий, какие выпали на их долю. Проклятия услышала богиня справедливого возмездия Рамнузия и повелела:
405 "Пусть же полюбит он сам, но владеть да не сможет любимым!"
(Вот, оказывается, почему существует неразделенная любовь: это решение богини справедливого возмездия! Правда, в жизни это далеко не всегда справедливо.)
Нарцисс – имя этого мальчика – остановился возле приятного и очень чистого ручья. Он хотел напиться.
Воду он пьет, а меж тем - захвачен лица красотою.
Любит без плоти мечту и призрак за плоть принимает.
Сам он собой поражен, над водою застыл неподвижен,
Он увидел в воде свое отражение: глаза - как у Вакха, кудри – как у Аполлона, румяные щеки без признаков растительности, волнующие очертания губ...
Всем изумляется он, что и впрямь изумленья достойно.
Им овладело любовное безумие: он целует свое отражение, он страстно хочет обнять его и пытается его ощутить, опуская руки в воду!
425 Жаждет безумный себя...,
Рвется желаньем к себе, зажигает и сам пламенеет.
В таком состоянии онп проводит часы. Уже пора сменить позу, что-нибудь съесть, но ни усталость, ни голод не могут его оторвать от ручья, он никак не насмотрится на свое отражение и говорит ему (отражению):
Что мучаешь, мальчик бесценный?
455 Милый, уходишь куда?
Некую ты мне надежду сулишь лицом дружелюбным,
Руки к тебе протяну, и твои - протянуты тоже.
Я улыбаюсь, - и ты; не раз примечал я и слезы
Сколько времени прошло? Его силы на исходе, жизнь подходит к концу:
490 Чахнет и тайным огнем сжигается мало-помалу.
Красок в нем более нет, уж нет с белизною румянца,
Бодрости нет, ни сил, всего, что, бывало, пленяло.
Он умер, умер от неразделенной любви. В подземном царстве он оказался у реки забвения, но даже там
505 В воды он Стикса смотрел на себя.
После смерти нимфы не нашли его, тело исчезло,
Но вместо тела шафранный
510 Ими найден был цветок с белоснежными вкруг лепестками.
Жюль Кирилл Кэйв (французскиий художник, 1859-1940, ученик Вильяма-Адольфа Бугро и Тони Робера-Флёри, участник Салона в Париже в 1886 году и лауреат бронзовой медали в 1889 и 1900 годах за жанровые сцены и цветочные натюрморты) изобразил Нарцисса в момент, когда юноша впервые увидел свое отражение.
Нарцисс склонился над ручьем, чтобы получше разглядеть себя, настолько низко, что ухватился за ветку куста дабы не упасть в воду. Он только-только начал погружаться в пучину сгубившей его страсти, он еще первозданный красавец...
© Борис Рохленко, 2020
Жюль Кирилл Кэйв, Нарцисс, 1890, 99х198 см, частная коллекция
Цветок «Нарцисс»
© Борис Рохленко, 2020
среда, 1 июля 2020 г.
Алкиона и Кейк. Чем они прогневали богов?
«Хоть горшком назови, только в печь не ставь» - говорит пословица. Как бы другое имя не сулит особых неудобств, а тем более – неприятностей. Всегда ли это так? Древний автор Овидий Назон в «Метаморфозах» рассказывает как смена имён привела к трагическому исходу (далее – цитаты из «Метаморфоз»).
Когда-то в Трахине (Трахин - город в Древней Греции, существующий и по сию пору) жили-были царь с царицей: царица - Алкиона, царь - Кейк. Это была неплохая пара (по крайней мере, предания не донесли о ней ничего дурного), мало того - любящая пара. Они буквально обожествляли друг друга: она его звала Зевс, а он ее – Гера (Зевс и Гера – греческие имена, Юпитер и Юнона – древнеримские имена греческих богов) .
До Зевса дошли слухи об этом, он возмутился и разгневался, и когда Кейк отправился в путешествие к оракулу, Зевс потопил его корабль. Кейк утонул.
Алкиона ждет его, готовится к возвращению и молится на алтаре Юноны. Юнона уже знает, что Кейка нет в живых, она не хочет принимать эти «зловещие моленья» и обращается к своей верной посланнице Ириде – богине радуги и вестнице богов:
« Быстро отправься ко Сну в наводящую дрему обитель
И прикажи, чтобы он Алкионе послал в сновиденье
Мужа покойного тень"
(другими словами – пусть Алкиона во сне увидит мужа, и он ей расскажет о своей смерти).
Ирида отправляется в путь, находит пещеру, глубокую и темную, в которой обитает Сон – божество отдыха и видит, что на его ложе вповалку
«Все сновиденья лежат, и столько их, сколько колосьев
615 На поле, листьев в лесу иль песка, нанесенного морем.»
Сон с трудом поднимает веки (видимо, он предстал перед Иридой в каком-то подобии человека), приходит в себя и видит неожиданную гостью.
Ирида передает ему приказ Юноны. Сон не возражает (да и как тут возразить – это желание богини богинь!), на выполнение задания посылает одного из своих «приближенных» - Морфея.
(необычайно интересно как Ирида обращается ко Сну:
"Сон, всех сущих покой! Сон между бессмертных тишайший!
Мир души, где не стало забот! Сердец усладитель
625 После дневной суеты, возрождающий их для работы!
Ты сновиденьям вели, что всему подражают живому»
(В этом сообщении – взгляды древних греков на суть сновидений: всему подражают живому)
Ирида выполнила приказ Юноны и возвращается к себе «на той же дуге семицветной»
Французский художник Пьер Нарсис Герен (1774-1833) - страстный поклонник античной красоты - написал картину «Морфей и Ирида».
На ложе, устланном львиной шкурой (видна лапа льва), поверх которой в беспорядке покрывала, простыни, под яркими лучами солнца безмятежно раскинулся кудрявый юноша – Морфей. На основании кровати – сцены из «Метаморфоз» Овидия: слева - Аргус и Меркурий возле Ио, справа – какой-то герой спасает свою возлюбленную (может быть, это Персей и Андромеда, может быть, сам Зевс – у него за спиной его символ – орел). Под этой сценкой – автограф художника.
Он сладко спит. Что ему снится – неизвестно: на щеках горит румянец. И руки он запрокинул так, как будто готов кого-то обнять. Где-то в глубине картины – мрак пещеры, в которой обитает Сон.
Сверху к спящему спускается на облаке посланница Юноны – Ирида (за ее спиной – радуга, на которой она прилетела). Амурчик отодвигает завесу из облаков, которая закрывает вход в пещеру Сна. Ирида вот-вот сойдет на ложе Морфея - ее левая нога нащупывает опору.
Пьер Нарсис Герен, Морфей и Ирида, 1811, 251х178 см, Эрмитаж, Петербург, Россия
Морфей еще не знает, что ему предстоит, он наслаждается прекрасным видением: богиня радуги спускается к нему с небес.
Пьер Нарсис Герен, Морфей и Ирида, фрагмент «Радуга»
Пьер Нарсис Герен, Морфей и Ирида, фрагмент «Основание кровати Морфея»
Пьер Нарсис Герен, Морфей и Ирида, фрагмент «Амур открывает вход в пещеру Сна»
Художник не стал передавать драму, которая следует за этой сценой. Может быть, он не нашел впечатляющего решения. Может быть, он его и не захотел искать. Он показал красоту молодых тел. И если не знать, что кроется за именами персонажей картины, то зритель будет убежден, что перед ним – эротическая сценка, любовное свидание.
Еще мгновение – Морфей в образе Кейка явится Алкионе. Алкиона не могла перенести потерю, не смогла жить без любимого мужа, она бросилась в бурное море...
Причина гибели любящих супругов – неосторожная замена имён...
© Борис Рохленко 2020
воскресенье, 28 июня 2020 г.
Торгово-промышленная палата что-то продает? Возможно…
В 1971—1972 годах я занимался закупками оборудования за рубежом. В той же организации работал и бывший сотрудник Внешторга. Незавидное его положение было связано со скандалом во время зарубежной командировки, из-за которого он был возвращен в Союз и уволен с хорошо оплачиваемой и престижной работы. Выпускник Московского автомеханического института и Академии внешней торговли, приятный собеседник, остроумный, знающий, он сделал для меня очень много (возможно, сам того не зная).
Мы поддерживали связь и после его возврата в систему Внешторга. В разговорах довольно часто упоминалась фамилия «Питовранов»: от него, тогдашнего председателя Торгово-промышленной палаты СССР, напрямую зависела карьера моего опального приятеля.
Фамилия «застряла» в голове. И спустя много лет (около 30) я послал приятелю статью о Питовранове, которая появилась в израильской прессе. Тогда я и узнал, что глава Торгово-промышленной палаты СССР — бывший чекист. Что его стараниями эта организация превратилась в центр промышленного шпионажа. Что все работники внешнеторговых организаций в те времена были штатными или нештатными сотрудниками КГБ. Что весь этот аппарат использовался не только для промышленного шпионажа, но и для отслеживания действий всех, кто вел дела с бизнесменами в Союзе и за рубежом.
Тотальная слежка. С одной стороны — ужасная совершенно вещь. Человек (любой!) был все время как под рентгеном. С другой — в отслеживании действий граждан СССР была и логика. Система была невероятно благоприятной для развития коррупции. И мелочная корысть вполне могла стать причиной невыгодной сделки (как с коммерческой, так и с технической стороны). Например, чиновник за взятку в несколько десятков долларов вполне мог подписать контракт с невыгодными техническими характеристиками или явно убыточный при одинаковых технических характеристиках оборудования.
Были и крупные издержки в такой работе. Например, на приемку у фирм посылали таких вот «специалистов», а после прибытия оборудования на место оказывалось, что оно совершенно неработоспособно. И все сходило с рук, потому что на приемке был «стрелок», а не техник.
Фамилия «Питовранов» (видимо, в силу своей необычности) почему-то иногда всплывала в памяти. И когда это произошло в очередной раз, я в Сети нашел очень любопытные материалы.
Оказывается, Питовранов был самым молодым генералом в НКВД (одно это говорит о многом!). Он избежал предвоенных репрессий, но в 1951 году был арестован. И был выпущен из тюрьмы и восстановлен в должности!
Если верить тому, что приводится на сайтах с его фамилией, в письме Сталину Питовранов предлагал кардинальное решение по сионизму в СССР: «Все, что делалось по борьбе против еврейских националистов, которые представляют сейчас не меньшую, если не большую опасность, чем немецкая колония в СССР перед войной с Германией, сводилась к спорадическим усилиям против одиночек и локальных групп. Для того чтобы эту борьбу сделать успешной, следовало бы МГБ СССР смело применить тот метод, о котором вы упомянули, принимая нас, работников МГБ, летом 1951 года, а именно: создать в Москве, Ленинграде, на Украине (особенно в Одессе, Львове, Черновцах), в Белоруссии, Узбекистане (Самарканд, Ташкент), Молдавии, Хабаровском крае (учитывая Биробиджан), Литве и Латвии националистические группы из чекистской агентуры, легендируя в ряде случаев связь этих групп с зарубежными сионистскими кругами. Если не допускать шаблона и не спешить с арестами, то через эти группы можно основательно выявить еврейских националистов и в нужный момент нанести по ним удар».
Обращает на себя внимание сам подход к сионизму: он представляет собой «не меньшую, если не большую опасность, чем немецкая колония в СССР перед войной с Германией». Насколько должно было быть больным воображение, чтобы представить угрозу со стороны Израиля равноценной угрозе со стороны гитлеровской Германии! Ибо только при нападении Израиля на СССР сравнение сионистов с немецкой колонией было бы правомерным (хотя все это — тоже полный бред!).
Сегодня дело Питовранова живет и процветает. На этой же ниве жнут его сыновья (а может быть, уже и внуки): они имеют прямое отношение к внешнеторговым связям России. А если учесть, что председатель ТПП России — разведчик академик Примаков, можно не сомневаться, что славные дела сталинского генерала Питовранова нашли достойных продолжателей.
Ведущий русской программы израильского телевидения беседует со студенткой (она получила грант, учится на экономиста в Иерусалиме): «А как родители, не боятся за то, что вы здесь?» Ответ прозвучал так: «Они боятся, что я вернусь».
© Борис Рохленко, 2008 год
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
