воскресенье, 16 мая 2021 г.
Мелеагр. Чем обернулась его победа в охоте на вепря?
Судьба. Может ли смертный безошибочно определить отдаленные последствия своих поступков? В абсолютном большинстве случаев – нет. Как сказал классик: «Судьба играет человеком, а человек играет на трубе». А если еще в процесс вмешиваются божественные силы...
Совершенно неожиданный поворот случился в жизни Мелеагра, героя Калидонской охоты (Овидий, «Метаморфозы», книга восьмая).
Сын победил, и несла благодарные жертвы Алтея
В храмы...
Алтея – мать Мелеагра.
вдруг увидала: несут двух братьев убитых,
В грудь ударяет она и печальными воплями город
Полнит, сменив золотое свое на скорбное платье...
Два брата убитых – племянники Алтеи, двоюродные братья Мелеагра, которых он убил в споре за трофей Аталанты.
Но лишь узнала она, кто убийца, вмиг прекратился
Плач, и слезы ее перешли в вожделение мести.
Мать решает предать сына смерти. Парки, богини судьбы, предсказали смерть новорожденного в момент, когда догорит полено в очаге:
Было полено: его - когда после родов лежала
Фестия дочь - положили в огонь триединые сестры.
Нить роковую суча и перстом прижимая, младенцу
Молвили: "Срок одинаковый мы и тебе и полену,
Новорожденный, даем..."
Фестия дочь - Алтея, мать Мелеагра.
Вышли богини; а мать головню полыхавшую тотчас
Вынула вон из огня и струею воды окатила.
Это полено лежало долгие годы в потаенном месте, и сейчас Алтея хочет его сжечь: лишить жизни сына – виновника смерти ее брата и двуг его сыновей. Она никакк не может решиться:
Вот извлекла его мать и велела лучинок и щепок
В кучу сложить; потом подносит враждебное пламя.
В пламя древесный пенек пыталась четырежды бросить,
Бросить же все не могла: в ней мать с сестрою боролись, -
В разные стороны, врозь, влекут два имени сердце.
Щеки бледнели не раз, ужасаясь такому злодейству,
Очи краснели не раз, распаленным окрашены гневом,
И выражало лицо то будто угрозу, в которой
Страшное чудилось, то возбуждало как будто бы жалость.
Долгие колебания, сильнейшие муки, борьба внутри – мать борется с сестрой, желание сохранить сына и жажда мести за потерю. Она решилась:
дрожащей рукой, отвернувшись,
В самое пламя она головню роковую метнула.
И застонало - иль ей показалось, что вдруг застонало, -
Дерево и, запылав, в огне против воли сгорело.
Мелеагр в это время был далеко, он почувствовал, что сгорает, он не понимает, что с ним:
он со стоном отца-старика призывает и братьев,
Кличет любимых сестер и последней - подругу по ложу.
Может быть, также и мать! Возрастают и пламя и муки -
И затихают опять, наконец одновременно гаснут.
Мало-помалу душа превратилась в воздух легчайший...
Питер Пауль Рубенс, Мелеагр и Аталанта, 1635, 200х151 см, Старая пинакотека, Мюнхен, Германия
Рубенс изобразил момент вручения Аталанте главного трофея калидонской охоты – головы вепря. Амурчик свидетельствует о любовной связи персонажей.
Немецкий гравер Ян Впльглельм Баур изобразил Алтею, мать Мелеагра, бросающей на костер полено, в котором сгорит его жизнь, 1659
среда, 12 мая 2021 г.
Ахелой. Как закончилась его любовная история?
Любовь правит миром. Это утверждение справедливо и для людей, и для богов. Как сказал Ларошфуко (герцог и по совместительству философ), «любовь - в конечном счете - это стремление обладать любимым предметом». Далеко не всегда стремление заканчивается успехом. О таком случае рассказывает Овидий в восьмой книге «Метаморфоз».
Тезей, часть выполнив подвигов славных,
Шел в Эрехтеев предел, в твердыню Тритониды Девы.
Тезей – герой, победитель многих чудовищ, Эрехтеев предел – область в Греции, в которой царствовал Эрехтей, твердыню Тритониды Девы - город Афины, Тритонида Дева – богиня Афина.
Итак, Тезей шел в Афины, но разлившийся из-за дождей поток (в котором обитал речной бог Ахелой) преградил ему путь. И Ахелой предлагает Тезею:
"Взойди под кров мой, - сказал он, -
О Кекропид! Себя не вручай увлекающим волнам.
Крепкие бревна нести приобыкли они иль, бушуя,
С грохотом камни крутить; я видел: прибрежные хлевы
Бурный уносит поток, и нет уже проку коровам
В том, что могучи они, ни коням, - что бегают быстро.
Ярый поток, наводнясь из-за таянья снега, немало
В водовороте своем утопил молодого народу.
Лучше тебе отдохнуть до поры, когда возвратится
В русло река и опять заструит неглубокие воды".
Приглашение было принято. Хозяин ввел гостей в свой дом, построенный из туфа и пемзы, отделанный раковинами. Тезей и его спутники расположились за столом:
с обнаженными стопами нимфы
Разные яства несут. Когда угощенья убрали,
Стали в сосуды вино разливать.
И герой знаменитый,
Взором окинув простор перед ними лежащего моря,
"Что там за место? - спросил и перстом указал, - как зовется
Этот вон остров, скажи...
Ахелой поведал историю этих островов. Когда-то их не было. А случилось так, что речные нимфы, эти милые создания не почтили его своими жертвами. Ахелоя это очень расстроило, возмутило, разозлило:
Воды я вздул и несусь, я сроду таким полноводным
Не был. Ужасен равно и волной, и душевным порывом,
Мчался, леса от лесов, брега от брегов отделяя.
Вместе с землею и нимф, наконец-то меня вспомянувших,
Вплоть я до моря довлек. Тут море и я совокупно
Землю сплошную, разъяв, на столько частей разделили,
Сколько сейчас посредине воды Эхинад созерцаешь.
Эхинады – острова, сейчас посредине воды, Эхинад созерцаешь – видишь острова.
Ахелой рассказывает о трагедии, которая случилась по его вине:
Деву избрав, у нее я похитил девичью невинность.
А Гипподаму отцу нестерпимо то было, и в море
Дочь он столкнул со скалы, в утробе носившую чадо.
Ахелой не дал ей утонуть, он умолил морского владыку Нептуна, пощадить несчастную:
Плывшую я подхватил и сказал: "О держатель трезубца,
Царство зыбей получивший в удел ближайшее к небу,
Где нам скончанье, куда мы сбегаем, священные реки, -
Встань и молящему мне, Нептун, снисходительно внемли!
Нептун откликнулся на мольбу:
Кивнул головою
Царь морской и потряс ему подчиненные воды.
Затрепетала она - но плыла.
Однако нимфа не избежала трагического конца:
"Меж тем у плывущей
Трогал я грудь, - она под рукою, волнуясь, дрожала.
Но, обнимая ее, вдруг чувствую: отвердевает
Тело, и девушки грудь земляным покрывается слоем.
Я говорю, - а земля облекает плывущие члены:
Тело, свой вид изменив, разрастается в остров тяжелый".
Таков конец любовной истории Ахелоя: он получил желаемое, он обнимает нимфу, но нимфа никогда его не обнимет...
Рубенс, Пир Ахелоя, 1615, 108х164 см, Метрополитенмузей, Нью-Йорк, США
суббота, 8 мая 2021 г.
Аскалаф. Почему он превратился в сову?
Донос. Это слово обозначает крайнюю степень подлости. Такое было и в сообществе богов И тогда, в те времена доносчика преследовали, но далеко не всегда доносчик получал заслу3женную кару. Историю с доносительством рассказал Овидий в пятой книге «Метаморфоз».
У богини плодороддия Цереры пропала дочь Персефона! Богиня в отчаянии – и проклинает землю, на которой был обнаружен след ее исчезнувшей дочери: гибнут поселяне, гибнут посевы, гибнет рабочий скот... Водная нимфа Аретуза сообщает, что видела Персефону в подземном царстве, что она теперь – царица, но в ее лице нет радости.
Церера летит к Юпитеру:
И с ликом, тучами скрытым,
В негодованье, власы распустив, пред Юпитером стала.
"Вот я, Юпитер, пришла молить тебя, - молвила, - ради
Крови моей и твоей. О, если ты мать не жалеешь,
Дочь пусть тронет тебя!
Дочь пусть тронет тебя – Юпитер – отец Персефоны
Юпитер пытается оправдать своего брата Плутона, он не решается просто вернуть матери украденную дочь:
.Но если
Так их жаждешь развесть, да вернется в эфир Прозерпина,
Но при условье одном, чтоб там никогда не вкушала
Пищи: Парками так предусмотрено в вечных законах".
Молвил.
Парки – богини судьбы.
Что бы это значило: там никогда не вкушала пищи? Оказывается, в подземном царстве, царстве мертвых, были свои сады и поля! Мало того, эти сады и поля обслуживал садовник по имени Аскалаф! (И у Аскалафа была родословная: его родила нимфа Орфна от водяного Ахеронта!).
И вывесть на свет Прозерпину решила Церера.
Но воспрепятствовал рок. Нечаянно пост разрешила
Дева: она, в простоте, по подземным бродя вертоградам,
С ветки кривой сорвала одно из гранатовых яблок
И из подсохшей коры семь вынула зерен и в губы
Выжала: только один Аскалаф ее видел при этом
Возможно, Аскалаф не знал о последствиях этой трапезы. Как верный страж, он доложил (видимо, напрямую Плутону), что не только украли гранат, но и ели его. Кто его взял и кто его ел? Персефона!
Запрет нарушен, Персефона не может вернуться в мир живых! Скорее всего, подземная царица не знала о таком запрете. Кто ее известил о том, что она останется навсегда под землей - неизвестно:
Стон издала владычица тьмы...
В своей судьбе она ничего не могла изменить – всё было против нее. Но она нашла способ отомстить доносчику (за что? За точное исполнение обязанностей!):
отверженной птицей
Стал чрез нее Аскалаф...
Персефона превратила Аскалафа в сову:
окропив флегетоновой влагой
Темя его, придала ему клюв и округлые очи.
Флегетонова влага – Флегетон – одна из рек, текущих в подземном царстве.
Он, потерявший себя, одевается в желтые перья
И головою растет; загибаются длинные когти;
Новые крылья еще непроворными зыблет руками.
Превращение закончено:
Гнусною птицей он стал, вещуньей грозящего горя,
Нерасторопной совой, для смертных предвестием бедствий.
Этот, как можно судить, за язык и донос наказанье.
Неосторыжный поступок наказан, но справедливость не востожествовала: дочь не смогла вернуться к матери...
Йоан Ульрих Краус, Превращение Аскалафа в сову, 1690
Немецкий иллюстратор Йоан Ульрих Краус изобразил подземное царство в виде пещер, под сводами которых бродят толпы душ умерших. На переднем плане – Персефона, царица (на ее голове – корона). Она превращает Аскалафа в сову: превращение не закончено, одна нога еще человеческая.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)








